КЛАДБИЩЕНСКОЕ КОЩУНСТВО

Кому не приходилось слышать о старых заброшенных кладбищах? Наверное, доводилось слышать каждому. В советское время их активно застраивали, устраивали парки, ставили качели и карусели. Но имеем ли мы право так поступать с местом погребения наших предшественников? Может быть, оно заслуживает другой участи? Да и наши дети и внуки не должны играть и веселиться на таких местах.
Иногда мы слышим, что уход за могилами – это дело, мол, потомков. А если нет потомков, то мы через какое-то время (в масштабах жизни человеческих поколений очень короткое время – 15 лет) можем занимать их могильные места под другие захоронения.
Посмотрим на эти рассуждения (обычно заинтересованных лиц из руководства кладбищ) с точки зрения нашей культуры и желания сохранить память о наших предках. Такой подход к нашим духовным и нравственным ценностям, каковыми являются кладбищенские захоронения, не вписывается в концепцию рыночной экономики. Причём, по банальной причине, легче и дешевле продавать места на имеющихся кладбищах, чем организовывать новые кладбища, создавать на них кладбищенский уют, пестовать мемориальность.
Однако, рано или поздно вопрос о сохранении кладбищенских святынь будет поставлен. Слишком сильно и традиционно связывают нас могилы и кладбища с нашими предками, которые многие столетия пеклись о нас – будущих потомках. 180 лет назад наш гений А.С. Пушкин писал:
Два чувства дивно близки нам,
В них обретает сердце пищу:
Любовь к родному пепелищу,
Любовь к отеческим гробам.
Действительно, «любовь к отеческим гробам» следует отнести к наиболее сильным и важным качествам нашего народа во все времена. Вне зависимости от сословия, имущественного состояния и юридического статуса. Так было. Наши предки ухаживали за кладбищами, могилами предков, посещали их, по крайней мере, ежегодно, а часто по установленным церковным праздникам.
За столетие прошли большие изменения в человеческой цивилизации, и наше отношение к могилам резко изменилось. Утилитаризм погребения и посещения праха человека стал довлеть над ощущением святости, сопереживания и сострадания судьбам наших предшественников. Сотни и тысячи могил остаются брошенными, как из-за раннего ухода из жизни потомков, так и общей девальвации чувств благодарности предкам. Это печальный сигнал о нашей нищей духовной жизни! С потерей могил и закрытием кладбищ мы теряем духовную связь с нашими предками. Между тем, кладбище – это важнейший накопитель народной памяти, важный источник духовности, источник культурного возрождения и развития любого народа.
Печально слышать, что закрывается для посещений то или иное кладбище, что на нём устраиваются детские площадки или даже пешеходные дорожки с зонами рекреации. Совсем недавно довелось видеть по ТВ, как обошлись с военным кладбищем в Лефортово в Москве. Сначала на нём устроили карусели для детей, а после возмущения жителей сейчас делают тихий мемориальный парк с дорожками. Рядом с выступавшим по ТВ руководителем громоздилась куча гранитных и мраморных плит, которые руководство района почему-то посчитало необходимым собрать и вывезти.
Эти действия следует считать совершенно вредными, поскольку каждая могильная плита несёт в себе духовное и моральное содержание реальности судеб. Их стоит сохранить, разместить на кладбище, даже если потеряно их изначальное место. И постараться изучить силами местных краеведов и историков. Но даже неизученные они несут сильнейший духовный заряд, способный формировать в новых поколениях чувства благоговения перед прошлым, которое было великим и достойно сегодняшнего восхищения.
Относиться так к кладбищам, как относится сегодня наше общество и его государственные структуры, нельзя. Мы фактически уничтожаем те духовные источники, которые когда-то выделили нас из звериной стаи и превратили в людей. Они могли бы способствовать нашему сегодняшнему возрождению, но… находятся в руках варваров: муниципальных или даже музейных.
Посмотрите на сегодняшнюю кладбищенскую структуру – сферу ритуальных услуг. Будет ли она пытаться сохранить кладбище, поддерживать на нём порядок, делать посещение кладбища удобным и освящённым? Вряд ли. Только, если руководитель кладбища очень образованный и верующий человек. А это – большая редкость.
Сегодня эти услуги стали лакомыми кусками ритуального бизнеса. Фактическое вымогательство, паразитирование на горе людей, страдающих от потери близкого человека, стали нормой поведения работников этой сферы.
Когда я увидел, что делается с Морским кладбищем у Свято- Троицкой церкви вблизи Ораниенбаума, у меня выступили слёзы. Кладбище разрушается день ото дня. Ловкие преступники, приехавшие издалека, селятся рядом, вскрывают гробницы, грабят их, выкорчёвывают памятники и отдают их на распиловку гранитных и мраморных плит. После их грабительских раскопок многие памятники покосились. Такой вот наглый и безнравственный бизнес! Неужели российский Военно-Морской флот может равнодушно взирать на духовную память российских моряков 200-летней давности?
Другим известным всем примером наглого посягательства на мемориальную память защитников нашего Отечества является Бородинское поле. Не секрет, что Поле Русской Славы, где наша русская армия противостояла европейской армии под командованием Наполеона и выстояла, то есть, одержала несомненную духовную победу, подвергается поруганию и коттеджной застройке. Новое поколение нуворишей посчитало, что на могилах (а каждая пядь поля полита кровью и является мемориальной!) можно строить дачные усадьбы, отдыхать и развлекаться. И это не удивительно, если принять во внимание, что Росохранкультура (теперь говорят, бывшая, но очень уж живучая), местные и областные власти, руководители музея-заповедника санкционируют ежегодные ярмарки, фестивали и театральные представления на земле, обильно политой кровью защитников. Поистине, неисповедимы пути Твои, Господи!
Как объяснить людям, проживающим в уже построенных сегодня усадьбах на Бородинском поле, что нормальной жизни в этих усадьбах у них не будет, что дети, внуки и правнуки будут страдать болезнями и жизненными невзгодами, изначально обречены к потере совести и чести?
Почему молчит Русская Православная Церковь? Сегодня она озабочена положением в войсках и окладами капелланов. Но разве состояние военных кладбищ, где упокоятся рано или поздно наши защитники Отечества, не их прерогатива? Или эту сферу окормления мы оставим спекулянтам и бандитам?
Следует признать, что ситуация с Бородинским полем вскрыла гнойник наших отношений к историческому прошлому через отношение к останкам не только наших павших героев, но и ещё более отношение к останкам и памяти гражданских лиц. Всё это, конечно, не интересует тех, кто видит в Бородинском поле и многочисленных других кладбищах только возможности активного бизнеса. Их уровень понимания процессов совсем иной: частный и своекорыстный.
Большим откровением для меня было посещение в Петербурге Никольского кладбища, которое располагается в самом центре Петербурга – в Александро-Невской Лавре.
Чуть отойдя в сторону от главной линии, можно увидеть, что многие могилы также покосились из-за подкопов и разграбления, кресты снесены, металлические крыши склепов украдены, памятники изуродованы. Между тем, на входе сидит охрана и разводит руками.
Конечно, многие из родственников тех, кто похоронен на Никольском кладбище, выехали из России и не могут приезжать для ухода за могилами предков.Но разве это не общее наше наследие? Разве государство не обязано сохранять и обеспечивать уход за могилами наших граждан, оставивших этот бренный мир в расчёте на нашу заботу об их могильной памяти? Тем более, оно должно испытывать вину перед теми, кто покинул свою родину в результате гонений или угрозы политических репрессий. Поистине эта сфера нашей жизни требует великого всеобщего покаяния. И поистине новой государственной заботы.
Здесь нужно отметить, что наше уподобление худшим образцам западного образа жизни с потерей исторической памяти и нравственности на кладбищах совершенно не конструктивно. Мы гнобим собственное великое духовное наследие, которое является основой формирования творческих способностей и других основ духовной жизни.
На наш взгляд, следует вернуться к прошлому, священному и трепетному представлению о наших кладбищах, их значению и влиянию на потомков. Причём, следовало бы вернуться в государственном масштабе. Пора прекратить дурной опыт устройства кладбищ на мусорных свалках, в болотистых местах. Кладбища должны располагаться на местах высоких, красивых, чтобы быть уроком и напоминанием живущим.
В заключение стоит выразить уверенность, что попытки уничтожить историческую память русского и других народов нашей страны обречены на неудачу. Вспомним, с каким подъёмом сражалась и работала страна в годы Великой Отечественной войны, когда полчища фашистов стремились отнять нашу историческую память и уничтожить наш народ. Также активно и мощно мы должны противостоять разрушению исторической памяти на наших больших и малых кладбищах в мирное время.
Проблема сохрания кладбищ актуальна везде и всегда. Но особенно она актуальна в России, где каждый режим норовит снести предыдущие памятники и даже кладбища, совсем забывая, что это своеобразные памятники нашим предкам, святые места их последнего приюта. Иногда это делается с целью освобождения мест для новых захоронений.
К священному и трепетному отношению к кладбищам, к сохранению духовной связи с нашими предками призывает читателей наш автор Александр Сергеевич Шуринов, академик Петровской академии наук и искусств, член Союза писателей России, потомок героя Отечественной войны 1812 года Петра Николаевича Шуринова, автор ряда книг, директор Историко-просветительского и учебно-методологического центра семейно-родовой культуры, действительный член Российского философского общества РАН.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ