Живет казак в Калифорнии

IMG_9444“Кубанец в Калифорнии” – так назвал одну из своих автобиографических книг писатель и журналист Дмитрий Степанченко. Всего он опубликовал пять книг, но три из них он считает основными. Первая – “Кубанец в Калифорнии”, вторая – автобиографическая повесть “Три побега” о коллективизации в СССР, о том, как отразились эти события на семье Дмитрия, о том, что выстрадала его семья – отец, мать и он лично. Третья книга – повесть периода Второй мировой войны “Чужие солдаты у нас дома”. В ней описываются события 1942 года, когда немцы пришли на Кубань.

Здесь много архивных документов и личных впечатлений, в том числе рассказано об отце Дмитрия, который был в плену в Германии и вернулся домой благополучно через четыре года.

Исторические события в этих книгах описаны достоверно, из уст самого очевидца, прочувствовавшего и выстрадавшего все на себе. Все книги Дмитрия глубоко патриотичны – в них бесконечная любовь и гордость за свою Родину, за своих земляков, которые никогда не роняли своей чести и до конца оставались истинными кубанцами, где бы они ни жили.

Кубанец Дмитрий Степанченко по долгу службы объездил все Cредиземноморье, только в Стамбуле был 35 раз. Он умеет говорить по-португальски, по- арабски, немного по-китайски, по-итальянски, сомали. Итальянский язык Дмитрий считает самым красивым, потому что в нем всего шесть слов, которые оканчиваются на согласный звук.

“В опере, в пении итальянский язык полон гласных звуков, мелодичный, поэтому опера родилась в Италии”, – говорит Дмитрий.

Дмитрий Степанченко – профессиональный журналист высшей категории с богатейшим жизненным опытом и необыкновенной судьбой. Пять лет работал в газете, пять лет на иновещании Московского радио, 22 года был корреспондентом ТАСС в Москве, Риме и Могадишо, столице Сомали, в восточной Африке. В октябре 1996 года Дмитрий эмигрировал в США, в Сан-Франциско, где сотрудничает со старейшими эмигрантскими газетами “Кстати”, “Запад-Восток”, “Русская жизнь”.

Дмитрий давно на пенсии, но продолжает вести активный образ жизни. В его скромной квартире все аскетически просто и непритязательно – раскладушка, два стола, пишущая машинка, рукописи, архивные материалы. Ничего лишнего, что могло бы отвлекать его от главного дела – писать и размышлять. На стене висит портрет Есенина. Хоть Дмитрий и пишет прозу, в душе он поэт. Свою жену Валерию он любил бесконечно, ее образ относит к самым красивым стихам Есенина, воспевающим женскую красоту.

Дмитрий Степанченко обожает и стихи другого русского поэта – Николая Клюева. Он читал великих румынских классиков Михая Садовяну, Кожбук, Крянгэ. Дмитрий с упоением наизусть читает стихи гения румынской поэзии Еминеску. Ему он посвятил свою статью “Блистательный Еминеску”, которая была опубликована в газете “Кстати”.

Спокойный и приветливый Дмитрий доброжелателен со всеми, но к молодежи испытывает особую теплоту и восхищение. Молодые люди чувствуют его искренность и общаются с ним легко и непринужденно. Дмитрий не похож на 90-летнего старца, уставшего от жизни или навязывающего свою житейскую мудрость. Молодежь видит в нем достойного собеседника, любознательного, подтянутого, моложавого, непредсказуемого и увлекающегося.

Может быть, умение быть терпеливым, внимательным и интересным собеседником Дмитрий вырабатывал в себе в годы своей напряженной профессиональной работы в агентстве ТАСС, в период учебы в университете. А может быть, главный стержень всей его жизни был заложен в далеком детстве родителями в станице Динской на Кубани. Уже тогда любознательный и впечатлительный подросток остро переживал, анализировал, сопоставлял события и факты.

В беседе с Дмитрием Степанченко я спросила его:

– Мне понравился ваш сборник очерков “Кубанец в Калифорнии.” Он интересен и для кубанцев, и для жителей Калифорнии. Я знаю, что когда вы приехали в Сан-Франциско, то познакомились здесь с интересными людьми. Некоторых уже нет в живых, но вы успели застать их и поговорить с ними. Например, с сотрудниками Русского музея.

– Особенно я подружился с Карамзиным. Алексей Александрович Карамзин был праправнуком в пятом колене Николая Михайловича Карамзина – писателя и автора “Истории государства Российского.” Он родился в семье офицера в Петербурге. Его отец – офицер царской армии, хорошо и много рисовал и устраивал собственные выставки.

Подборка картин отца Карамзина ныне выставлена в Русском музее в Сан-Франциско. Алексей Александрович Карамзин работал в музее бесплатно, это его последняя жизненная привязанность – тут висят картины его отца.

– Какие другие реликвии хранятся в Русском музее в Сан-Франциско?

– Экскурсовод Иваницкий хранил в Русском музее письма Ивана Бунина, первого русского лауреата Нобелевской премии по литературе, автографы Тэффи, других литераторов-эмигрантов. Он собрал редкую коллекцию фотографий 15 русских генералов, возглавлявших Белое воинство Сибири в Гражданскую войну. В журнале “Вестник первопроходца” запечатлены многие эпизоды Гражданской войны.

В Сакраменто живут потомки кубанцев, которые соблюдают свои традиции и обычаи и отмечают православные праздники. Например, клан Николая Черенкова. В самолете я познакомился с Юлей из Сакраменто, которая периодически навещает свою родину, Кубань. Она говорила мне, что в США неплохо, но дома как будто крылья вырастают, полетела бы над родной степью!

Кубанцы с удовольствием готовят свои национальные блюда – кубанский борщ с курицей, вареники с творогом, сметаной и компоты по-кубански.

В городе Милбрае, на юге от Сан-Франциско, живет Петр Величко, сын кубанского казака Ивана Величко. Этот Иван Величко был в составе той сотни, которой командовал атаман Шкуро, кубанский казак. В сто конных атак он ходил против большевиков и остался жив. Вместе со Шкуро они эмигрировали и жили в Югославии, где родился Петр Иванович Величко.

Петр Иванович поддерживает духовную связь с Кубанью и со своими родственниками в станице Мостовой. Он ездил туда неоднократно и сюда приглашал некоторых своих родственников в гости. В течение десяти лет каждый год он ездил на Кубань, возил подарки, даже выделил деньги на то, чтобы покрыть купола церкви на Кубани и позолотить их. Петр Иванович Величко еще жив, он 1927 года рождения.

– Красная улица в Краснодаре вам милее всего. Вы пишете: “Где бы я ни бывал, все равно чужое остается чужим. На этой улице витает дух моих предков”. Вы помните, как по этой улице вы ходили с мамой и папой?

– Это правда, я действительно так чувствую и всегда помню о том, как мы с мамой и папой заходили в магазин Богарсукова, в универмаг. Я смотрел вверх, а они покупали мне и себе одежду. Красная улица для меня – самая лучшая! Я объездил весь мир – и в Африке был, и в Европе, сейчас живу в Америке. В общей сложности я побывал в 35 странах. Но то место, где я родился, остается святым для меня. Где казак родился, там и пригодился.

Людмила Бордей-Пынзару 

г. Сан-Франциско
P.S. Журналист и писатель Дмитрий Степанченко передает через газету “Диаспора” сердечный привет всем русскоязычным жителям Сакраменто, где живет также его дочь Юлия. Телефон Дмитрия Степанченко: (415) 252-8372.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ