Вгляд из Америки в глубокий колодец российской истории

Наташа Олсен в гостях у Diasporanews

В США готовится к выходу в свет второй том альманаха «Литературная Америка», одним из авторов которого будет Наташа Олсен. А 6-7 мая этого года в галерее de la Raza в Сан-Франциско пройдет презентация ее книги «Алмазный венец Юкатана».

Наташа Олсен родилась в Москве, закончила факультет преподавателя английского языка в Московском педагогическом институте имени Ленина. Работала гидом в агентстве «Спутник». Во время одной из экскурсий по Кремлю познакомилась с американским туристом, бакалавром исторических наук, который специализировался по средневековой Руси. Их взаимный интерес к русской истории завершился международным браком.

n5Наташа приехала в Америку 26 лет назад. Сначала жила в штате Миннесота и вот уже десять лет живет в северной Калифорнии, недалеко от города Аубурн, в 30 минутах езды от Сакраменто. История и литература – не единственная ее страсть. Она любит животных: в семье проживают три кошки и три кота, одна немецкая овчарка, а на пастбище рядом с домом пасутся три лошадки.

Наташа пишет в жанре исторического детектива. Из-под ее пера вышли четыре романа: «Алмазный венец Юкатана» (о судьбе древней цивилизации ацтеков), «Царица Марина» (об истории Смутного времени, Марине Мнишек и Лжедмитрии), «Талисман вечной юности» (о Екатерине Медичи и Диане Пуатье) и «Цена бессмертия» (о донском казаке Тимофее Ивановиче Ермаке).

Мы встретились в редакции газеты, и наш разговор увел нас далеко от редакционной суеты – в седую историю Руси, мрачное прошлое Мексики, в престолы французских королей…

– Наташа, когда у вас возник интерес к истории России в частности и мира в целом? 

– Я выросла в московской семье, где книги почитались и были столь же необходимы в повседневной жизни, как воздух или вода. Мой отец обожал русскую историю, таскал меня по музеям, восхищался поэтами Серебряного века, а мама предпочитала переводные зарубежные детективы.  Таким образом,  с раннего детства, фигурально выражаясь, я заглядывала одним глазом в тяжелые фолианты Карамзина, а другим – в легкомысленные рассказы иностранных авторов-детективщиков.

Я всегда отличалась любознательностью. Мне везло с прекрасными преподавателями. С четвертого курса института я начала подрабатывать гидом в агентстве «Спутник» и с иностранными туристами объездила весь Союз. За долгие годы супружества мне удалось не растерять страсть к истории и путешествиям. Вместе с мужем побывала во многих странах, и мне, как бывшему гиду и педагогу, всегда хотелось поделиться увиденным с другими. Так началась моя творческая деятельность. Я пишу свои романы в жанре исторического детектива.

– Но почему именно исторического детектива?

– Потому что без прошлого нет будущего. Наша история – преглубокий колодец, и не всем дано разглядеть сквозь толщу воды скрытые на дне факты. Мне захотелось написать о  давно забытых событиях и людях позанимательнее, полегче, разбудить любопытство к  прошлому. В своих книгах я даю возможность историческим фигурам прожить еще одну жизнь и, возможно, разбиваю вдребезги общепризнанные мифы о них.

– Хорошо, давайте начнем с одного из таких мифов, который вы развенчиваете в романе «Алмазный венец Юкатана». Речь идет о неправдоподобной истории покорения небольшой группой испанцев под командованием Кортеса огромного материка, населенного ацтеками.  

– Я неоднократно бывала в Мексике на полуострове Юкатан. Как-то незаметно увлеклась самобытной историей, облазила сохранившиеся пирамиды в джунглях и прочитала все, что только можно было найти о расцвете и упадке цивилизаций майя и ацтеков. И знаете, что в итоге привлекло мое внимание и подтолкнуло к написанию первой книги «Алмазный венец Юкатана»? Два  прелюбопытнейших параграфа в самом обыкновенном учебнике по истории мира.

Как безапелляционно гласил параграф, некто сеньор Кортес из Испании, – намереваясь покорить целый материк, населенный свирепыми идолопоклонниками-ацтеками, 8 ноября 1519 года причалил фрегат к берегам Юкатана, на борту которого разместились … 16 лошадей и 250 (по другой версии – 550) воинов. То есть, другими словами, храбрый испанский генерал для решительных военных действий привез не могучую конницу в броне и не хорошо вооруженную армию с пушками, а малочисленную кучку идальго!

Объясняя невероятнейшие победы группки испанцев, историки и археологи всех стран и народов вот уже более четырехсот лет упрямо напирают на факт, что именно кони и сверкающие доспехи испанских грандов явились первой и основной причиной поражения индейцев! Ацтеки, видите ли, несколько веков ожидали возвращения белых богов с далеких звезд и приняли за них бородатых, грязных, дурно пахнущих испанцев на исхудавших конях!

Ну, не разглядели сто тысяч глупых воинов-ацтеков, а вместе с ними император Монтесума, наследные принцы,  жрецы, звездочеты, придворные, военачальники, жители городов и ферм, что за тяжелыми доспехами прячутся не боги, а обыкновенные смертные люди!

Согласитесь, разве подобный рассказ не вызывает некоторое недоверие? Усомнилась и я. И предложила свою версию этих исторических событий, с которой вы можете познакомиться, прочитав мой роман «Алмазный венец Юкатана».

– А в чем вы усомнились в истории Марины Мнишек и Лжедмитрия?

–  Надо отметить, что жизнь польской аристократки Марины Мнишек и ее русского мужа – «царя-самозванца» Дмитрия Ивановича в первой четверти 16 столетия, то есть в то время,  которое российские историки называют «Смутным», широко отражена в исторической литературе. Фигура царя Дмитрия (или Лжедмитрия?) спустя столетия не перестает бередить умы исследователей. Никто не может с точностью сказать, кем же он был. Сыном Ивана Грозного? Или все же беглым монахом Гришкой Отрепьевым?

Меня давно смущал и настораживал следующий факт: все официальные свидетельства жизнеописания и смерти Лжедмитрия и его польской жены относятся к годам правления царя Михаила Романова и датированы они после рокового 1613, то есть после окончания «Смутных времен».

О чем же повествуют «очевидцы»? Оказывается, Лжедмитрий был страшным уродом: хромым, горбатым, беззубым, кривым, с бельмом на глазу, рябым, да еще с двумя огромными бородавками – на носу и под глазом.  Гуляка, кривляка, бил Марину смертным боем, бегал налево и насиловал ее прислужниц.

Кстати, если вы посмотрите на прижизненную польскую гравюру Дмитрия-Лжедмитрия, то увидите серьезного темноволосого  молодого человека в тяжелых средневековых доспехах. Никаких  бородавок и горбов. Напротив, очень строен. Но если вы посмотрите на портрет, написанный спустя почти сто лет после его смерти в 1698 году, то обнаружите удивительнейшую метаморфозу.

С портрета взирает новый Дориан Грей – лохматый старик с порочной полуухмылкой на губах, обвислыми щеками и глубокими морщинами. А ведь Дмитрию было всего 20 лет, когда тот прибыл в Московию, и если правил он, как  вопиют «исторические» источники, шесть лет, то в день кончины в 1606 году ему было всего 23 года! Так почему же на гравюре его изобразили шестидесятилетним стариком?

А маленькая ложь рождает большое недоверие. Вторая явная несуразность присутствует в описании  многочисленных «смертей» Лжедмитрия. Мне лично все это напоминает  приключения в стиле современных американских романов «фэнтези».

А что «очевидцы» рассказывают нам о Марине Мнишек? Ничего, кроме одного: она была чрезвычайно честолюбива и в угоду своему ненасытному честолюбию согласилась на венчание с беглым монахом, вором, убийцей Гришкой Отрепьевым, который уверял всех, что он-де был младшим сыном Ивана Грозного – царевичем Дмитрием.

Мне всегда казалось диким, что  гордая аристократка-панночка делила ложе с беглым монахом-авантюристом ради призрачной надежды стать когда-нибудь московской царицей и – главное! – согласилась на зачатие наследника. В шестнадцатом веке девочек благородных кровей готовили для аристократов из того же круга. Аристократы серьезно относились к рождению наследников.

Мне стало по-настоящему жаль царя Дмитрия, а особенно молоденькую царицу Марину, и я предложила свое видение этих событий в романе «Царица Марина».

– По-моему, не менее запутанная история и с двумя французскими дамами: Екатериной Медичи и Дианой Пуатье.

– Да, одна, королева, попав под талантливое перо Александра Дюма, превратилась в  ужасную злодейку, а другая, королевская фаворитка, – в неправдоподобный сусально-медовый пряник. Как только не называют Екатерину Медичи на протяжении четырех веков! Отравительница, захватчица, интриганка, флорентийская купчиха… Диана же Пуатье, возлюбленная короля Генриха II, вошла в историю эталоном красоты, изящества, молодости, милосердия…

На самом деле все обстоит не так. И я хочу восстановить справедливость! И пусть Екатерина Медичи расскажет о своей жизни сама – в моем романе, написанном в жанре исторического детектива. Очень хочется дать зашельмованной исторической личности второй шанс – оправдаться и объясниться.

– Пожалуй, такой же шанс вы даете и Ермаку.

– Да, история казачества темна и запутанна. Донской казак Тимофей Иванович Ермак – самобытный и талантливый военачальник времен Ивана Грозного. К сожалению, сведений о нем сохранилось немного, и у большинства читателей имя его ассоциируется лишь с бесконечными, крайне занудливыми и непонятными описаниями боевых действий где-то на краю света.

Кроме того, многие историки выставляют великого реформатора Ивана IV Грозного тираном, шизофреником и захватчиком. А ведь его реформы создали регулярную русскую армию.

Одним словом, история государства Российского – преглубокий колодец, где за толщей воды прячутся неразгаданные еще удивительнейшие тайны. Я хочу разглядеть их – скрытые на темном дне.

Юрий Коротков

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ