Инна Друзь о жизни в Калифорнии и о том, как не забыть русский язык в Америке

Фото из личного архива Инны Друзь

Обладательница «Хрустальной совы» и звания бессмертного члена элитарного клуба знатоков «Что? Где? Когда?» Инна Друзь рассказала главному редактору газеты “Диаспора” Юлии Гусиной о своей жизни в Калифорнии, о том, как воспитывает дочек и о самом страшном наказании в детстве.

Когда 15-летняя девочка появилась перед пристальными взглядами телезрителей, те умилились: дочка знатока тоже будет играть в “Что? Где? Когда?”. Но по итогам первой же игры девочка с пушистой и непослушной прической доказала, что Инна Друзь – это не просто дочка Александра Друзя, а самостоятельная единица и настоящий эрудит.
После первой же игры в составе команды Алексея Блинова Инна получила красный пиджак бессмертного члена телеклуба, а через несколько лет — и главный приз, «Хрустальную сову».

После совы было звание лауреата премии Международной ассоциации клубов, окончание физико-математического лицея, Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов, университета Пьера Мендеса-Франса в Гренобле, университета Пари-Дофин во Франции. Потом была карьера: ведущий консультант отдела корпоративных финансов Промышленно-строительного банка, доцент кафедры финансов в родном университете.

А потом случился переезд в Америку. Где, как и большинство эмигрантов, Инна начала изучать другой мир.

Фото из личного архива Инны Друзь

Домохозяйкой стать не смогу

В Калифорнии Инна живет уже три с половиной года. Поехала не за “американской мечтой”, а вслед за мужем, программистом Михаилом Плискиным. И несмотря на то, что в Калифорнии жила родная сестра (Марина Друзь переехала с семьей в США на несколько лет раньше), на первом этапе было непросто.

– При переменах страхи возникают всегда, – признается Инна. – И хотя я была уверена в себе, я понимала, что переезжаю в другой мир.

Вопрос о том, становиться классической американской домохозяйкой или искать работу, даже не поднимался. Как объясняет сама Инна, в Калифорнии малореально жить семье, в которой работает один родитель. Да и сама она – не тот человек, который сможет отправить мужа на работу, детей в школу и сидеть дома.

– Никогда не хотела быть домохозяйкой. Я была уверена в себе, хотя это было смело для человека без опыта работы в Америке. Но я послала резюме в одну компанию, ответила на вопросы теста и прошла первый этап, на котором отсеялось почти 2000 человек, а прошло 40. В этой компании я проработала год, а затем сменила место работы.Я координирую аналитические команды в компании Flex.

Инна говорит, что никогда не чувствовала себя звездой. В школьные годы, в лицее, куда престижнее было выиграть олимпиаду по математике, чем оказаться “в телевизоре”. Но участие в “Что? Где? Когда?” несомненно принесло огромную пользу: умение быстро анализировать, проводить параллели, логические связи и цепочки. Позже это пригодилось в работе, так как сформировался определенный стиль мышления.

Как это будет по-русски

За три года, что Инна с семьей живет в Америке, ей пришлось столкнуться с теми же вещами, что происходят в любой русскоговорящей семье. И для многих мам это кажется необратимой катастрофой: дети забывают русский. Девочкам Инны и Михаила, когда они переехали в США, было 5 лет и 2 года.

Те, кто говорят, что дети моментально и безболезненно вливаются в американскую среду, скорее всего, лукавят. Инна вспоминает, что старшей, Алисе, поначалу было непросто, и пришлось пройти период адаптации, в котором ты не понимаешь, что тебе говорят, не знаешь, что ответить. Для младшей, Алины, было в новинку вообще все: домашний ребенок попал в детский сад, и тут надо отдать должное директору, которая уделяла малышке очень много внимания, сидела с ней на коленях, пока Алина не привыкла к новой обстановке. Теперь, спустя три года, девочки уже вовсю болтают на английском, и у Инны другая задача – сохранить русский.

– У нас в семье правило – дома говорим только по-русски, – делится секретом воспитания Инна. – Если девочки начинают говорить по-английски, я отвечаю, что не понимаю и прошу сказать на русском.

Если они забыли и не знают нужно слово и спрашивают: “Мама, можно я скажу по-английски”, – мы вместе вспоминаем, как это будет по-русски и вместе разбираем, как это правильно сказать.

Одного общения в семье, по признанию Инны, все равно не достаточно. Поэтому дети занимаются русским языком, дома обязательно читают и пишут на русском, причем важно, чтобы ребенок писал прописными буквами. А перед сном Инна обязательно читает им книжки на русском.

– Это очень важный ритуал – чтение перед сном. Укладывание и засыпание может около часа занимать, – говорит Инна. – И это не только чтение. Когда выключается свет, мы еще разговариваем в темноте. Я считаю, что дружба детей и родителей – это очень важно для семьи, и у нас это получается.
Инна вспоминает, что и у нее с родителями всегда были дружеские и доверительные отношения:

– Родители всегда давали нам свободу. Хотя, помню, на моё заявление, что хочу стать врачом, мама (а она врач по профессии) сказала: только через мой труп. Хотя, я уверена, что если бы я настояла и у меня было бы сильное желание стать доктором, родители бы меня поддержали.

Фото из личного архива Инны Друзь

Откуда берутся читающие дети

Возможно, эта привычка передается по наследству, науке это не известно. В семье Друзей читают все, всегда и везде. Инна вспоминает, что в любую свободную минуту папа брал в руки книгу. А дочкам начал читать вслух практически с самого рождения. Когда Инна научилась читать, книги “проглатывала” одну за другой и хватала все подряд. И иногда случались казусы.

– У меня была страсть к книгам про Ленина, – рассказывает Инна. – Однажды я стащила у папы книгу частушек, увидев знакомую тему: “Ленин Троцкому сказал: —Я мешок муки достал…”. Впрочем, частушки про Ленина быстро закончились, потом пошли совсем другие темы. В общем, я узнала много новых слов. Я считаю, что пока ребенок маленький и у него есть интерес к чтению, это нужно всячески поддерживать и поощрять.

Ни для кого не секрет, что даже самые идеальные дети – это в первую очередь дети, которые шалят и которых приходится наказывать. Самое страшное наказание в семье Друзь было то, что родители прекращали разговаривать с дочками.

– Такое случилось два или три раза, – вспоминает Инна. – На полном серьезе – не говорили ни слова, и мне было очень тяжело. Наказать могли за вранье или за то, что сделанное тобой  могло навредить другому ребенку. Я помню, как меня один раз наказали за то, что я закрыла Марину в шкафу. Мы играли, и обе хорошо знали, что закрываться в шкафу нельзя, потому что можно задохнуться. Но я почему-то закрыла Марину и, помню, была за это наказана.

Фото из личного архива Инны Друзь


Рецепт от ностальгии

– Конечно я скучаю по Питеру, но мне нравится место, в котором я сейчас живу, и пока я не планирую возвращаться в обозримом будущем, – признается Инна и делится своим рецептом адаптации в США.

– Для скорейшей адаптации нужно начать участвовать в местной жизни и взять от того, что происходит вокруг, всё, что тебе нравится. Потом – принимать в этом участие и не отказываться от общественной жизни и общения. А вот что делать, чтобы не тосковать по родному городу – не знаю… Если бы знала рецепт, сама бы его применила.

Комментируйте новости на странице DiasporaNews в Facebook | Ставьте LIKE и мы будем сообщать вам о важном и интересном.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:                               

7 новостей, которые вы могли пропустить на этой неделе