Владимир Меркулович: записки путешественника по Нормандии

Этрета. Арка

Для жителя Сакраменто Владимира Меркуловича путешествия – это не просто хобби. К каждой поездке он заранее и тщательно готовится, выбирая маршрут и изучая историю. Его “Записки путешественника” могут стать отличным путеводителем для тех, кто решит отправиться по его стопам.

Мы ехали пригородной электричкой из Парижа в Руан. В Руане предполагали провести день, а утром взять давным-давно оплаченную машину и двинуться по Нормандии до Бретани. Маршрут мы тоже давно проложили, да и гостиницы уже все были оплачены, и расписания работы музеев да соборов были распечатаны. Ну, что такого – взять в очередной раз машину. Правда, без водительских прав и кредитной карточки. Да-да-да, без прав и без карточки.

Все дело в том, что в предпоследний день в Париже у меня сперли кошелек в парижском метро. Ну, стащили, украли. Вместе с правами и карточкой. А машину мы берем в понедельник. Вот все это мы изложили в полиции, где нас допрашивали три парижских “шерлокхолмса”. В результате мы получили копию полицейского рапорта и что-то вроде водительских прав с заверением, что эта бумага сработает. Машину нам дадут.

В рапорте на французском языке – а мы им, французским, как оказалось, лихо владеем и сказать можем не только “парлевуфрансе” и ” бонжур” – все было точно изложено, как группа девиц создала толчею при входе в вагон; как я положил руку в карман, где был кошелек; как меня сзади пнули чуть выше голени, и я, падая, вытащил руку из кармана, чтобы ухватиться за поручень; как ярко накрашенная девица уступила мне место; как все они вдруг исчезли, и кошелек исчез тоже.

Онфлёр, гавань.

Пока все это я прокручивал в памяти, поезд прибыл в столицу Нормандии город Руан. Отель наш оказался рядом со знаменитым Собором – Клод Моне рисовал его многажды, в разное время суток и года, пытаясь уловить игру света и цвета в готике башен и порталов собора. Руан – город с невероятно богатой историей. Уже в начале 10 века Руан стал столицей Нормандии. Конечно, Руан, как и многие другие города Франции, изрядно пострадал в годы Столетней войны и Великой Французской революции. Кстати сказать, именно Столетняя война, точнее, судьба одной из военачальниц французской армии –  Жанны Д’Арк – навсегда вписала город Руан в историю Франции.

Однако, по порядку. От Собора отходит одна из первых во Франции пешеходных улиц, улица Грос-Хорлог, или улица с большими часами. Таки да, часы на этой улице, точнее над улицей, – одно из самых привлекательных мест в Руане, сделаны они в 14 веке, у них всего одна стрелка – ну, кого интересуют минуты, их ведь так много…  Улица Грос-Хорлог почти упирается в рыночную площадь, это та самая площадь, где была сожжена, по обвинению в ереси, Жанна Д’Арк. Потом ее, конечно, реабилитировали и объявили святой. На площади церковь ее памяти – такой очень модерн-премодерн, я плохо воспринимаю такое искусство, и идея этой конструкции (какой-то чудо-юдо-рыба-кит) от меня ускользнула.

***

Прогулки по Руану, как, впрочем, и по другим городкам, требуют предварительного знакомства с архитектурными терминами и понятиями. Вот Кафедральный собор – Масляная башня – северная башня, Сен-Ромен, только колокольня в стиле пламенеющая готика. Кстати сказать, Башня названа Масляной, потому как построена она из желтого камня, привезенного из Уэльса, а не из местного известняка. Это скучное объяснение, есть более смешное: башня построена на деньги тех, кто выкупал свой грех – ел масло в Великий пост. А вот дома – фахверк, и не какой-нибудь, а нормандский – или коломбаж! Для нормандского фахверка характерны вертикальные стойки. Вот так, из фахверка в готику, гуляли мы по этому удивительному городу! Неизгладимое впечатление произвело на нас аббатство Сент-Уэн – невероятных размеров сооружение, готический фасад и центральная башня – корона. Рядом с аббатством бывшее общежитие монахов, теперь – мэрия. Площадь перед общежитием носит имя Шарля де Голля, а на площади, верхом на коне, Наполеон…

***

Утром мы уехали на вокзал, где нам предстоял дебют – впервые брать напрокат машину без водительских прав и кредитной карточки. Минут за двадцать мы убедили девицу из Europcar, что бумага из полиции и моя синекожая паспортина – вполне достаточный набор документов, а номер карточки мы ей сейчас продиктуем. И все. И мы поехали! Не торопясь и привыкая к машине, мы заехали в деревушку Алувиль-Бельфос. В этой деревушке есть дуб, который, как говорят очевидцы, был посажен в 911 году. Потом дуб сгорел, и чтоб добро не пропадало, в середине 17 века в дубе сделали две часовни. Вот туда мы и заглянули – на первом этаже в дупле часовня Божьей матери – я туда не влез, а на втором этаже – Келья Отшельника, чуть побольше, туда мне удалось зайти…

***

Нормандия своей северо-западной оконечностью выходит к Ла-Маншу. Вот туда, к Ла- Маншу, к Алебастровому берегу, котoрый тянется на сотню километров, мы и двинулись от Дуба. В одном из “окошек” в белой стене – городочек Этрета. Волны, приливы-отливы, шторма и ветра выточили из алебастра причудливые скалы, арки, пещеры. В эту деревушку ездили художники, много времени провел здесь Клод Моне. Знаменитая картина Моне “Этрета, скала д’Аваль, Закат” была написана здесь. Никак нельзя не посмотреть на это чудо природы, которое Ги де Мопассан описал словами: “Скала странной формы, закругленная и продырявленная насквозь, напоминала огромного слона, который погрузил хобот в море”. Над Этретой возвышается скала, на которой возведен памятник двум пилотам. Они пытались совершить беспосадочный полет из Парижа в Нью Йорк (1927г). Над Этретой их видели в последний раз… Недалеко от иглы-монумента, на краю обрыва, вид и на арку, и на городок Этрета.

Руан, Фахверковый квартал.

***

После фотографирования мы двинулись в сторону знаменитого моста “Нормандия”. Мост этот – кратчайший наземный путь между Верхней и Нижней Нормандией, между Гавром и Онфлёром. Одно время он был самым длинным подвесным мостом в мире. Сейчас, увы, на шестом месте. Проскочили мы его быстро (кстати, проезд платный) и прибыли в городок Онфлёр. Это портовый город, и суть его морская сразу себя выдает. Исторический центр городка – гавань, где причалены десятки яхт, на которые смотрит бывшая церковь моряков.

Столетняя война прошлась по Онфлёру как и по другим городам Нормандии. В годы войны была разрушена церковь Св. Екатерины, оно бы и ладно, но молиться-то где? И построили местные корабелы церковь. Из дерева, в виде корабля, лежащего килем вверх. А потом корабль-церковь перестал вмещать желающих, и к нему пристроили еще один корпус, внешне такой же – перевернутый корабль. Возле Гавани – фахверковые дома, узкие-преузкие, с двумя входами – с разных улиц.

***

А с утра мы покатили к городкам Трувиль и Довиль. Французская поговорка “Жену – в Довиль, любовницу – в Трувиль” точно отражает статус городов. Довиль – городок, где отдыхали аристократы, городок дорогущих вил, а Трувиль – для всех прочих. Заметим, что среди “всех прочих” был Александр Дюма-отец, Гюстав Флобер. А в Довиле свой первый бутик открыла Коко Шанель, она же впервые вышла на пляж не в платье. Здесь же был снят фильм “Мужчина и женщина”.

С моря дул пронзительный, холодный ветер, побродив по улицам Довиля мы двинулись в сторону города Кан. История этого города навсегда связана с именем Вильгельма Завоевателя. Так как он был счастливо женат на своей двоюродной сестре, то это породило трения с христианской частью Нормандии и Франции. Их разлучили после смерти – Вильгельм похоронен в мужском аббатстве, а его супруга Матильда – в женском. Кстати, сами аббатства были построены Вильгельмом и Матильдой во искупление кровосмесительского греха. Правду сказать, знать нормандская придерживалась нормандских правил бракосочетания, а не христианских.

Omaha Beach, Памятник деснантникам, высадившимся зфесь в июне 1944г.

***

Из Кана мы уехали в город Байё. Город этот знаменит полотном. Да-да-да – полотном. Просто полотно, точнее гобелен – вышитая картина длиной семьдесят метров и шириной полметра. Одна за другой, пятьдесят восемь сцен изображают завоевания Вильгельма. Говорят, что полотно было вышито английскими пленницами по приказу Матильды Фландрской. Вот такое наглядное пособие… В музее была еще группа местных школьников, и мы – туристы со всех концов света. Наш отель в Байё, как и везде, был в центре старого города, знаменитый собор Пресвятой Богородицы в Байё был минутах в пяти ходу. Собор нас восхитил – эдакое сочетание романской классики и нормандской готики. Конечно, войны и революции оставили свой след – разоряли его не раз! Но внутри Собор по-прежнему радует глаз. В Байё есть водяные мельницы. Мы видели две – одна из них на речке Ор, рядом с туристическим офисом в бывшем квартале красителей кожи, а кожу им надо был вымачивать. Вот они-то и построили здесь плотину, подняли уровень воды. Заодно и мельница крутилась. Где-то здесь рядом жил Оноре де Бальзак…

***

Утром мы решили съездить туда, где 6 июня 1944 года высадились союзники. Холодный, пронзительный ветер, начинающийся прилив и три группы металлических листов в океане, символизирующие Крылья Надежды, Освобождение и Крылья Родины. Недалеко есть музей, у входа в который танки, пушки времен Второй Мировой войны.

На северо-западном побережье Франции, в устье реки Куэнон, есть остров-скала. В начале 8 века на скале возник город. А потом появилось рукотворное чудо природы – аббатство Мон-Сен-Мишель. Вот туда-то мы и направились после мемориала. Остров Мон-Сен-Мишель соединен с материком мостом, около которого начинается городочек из гостиниц, магазинов, парковок. Окна нашего номера выходили прямо на аббатство, и мы могли любоваться им, не вставая с койки. Но мы встали, и двинулись к аббатству. На парковке рядом с воротами в город объявление: “Внимание, эта часть будет затоплена во время прилива”. Хорошее напоминание – мы в зоне знаменитых отливов-приливов.

Говорят, приливная волна галопирующую лошадь или догонит, или не догонит. По оголившемуся дну моря, закатав штаны по пояс, бродят люди – собирают дары моря.А вот и город – одна улица, которая, извиваясь, идет вверх, все-таки нам на вершину скалы, метров 80! Где можно втиснуться – магазинчики, кафушечки и обзорные площадки с видом на реку, море, башни и башенки. В городке этом живет около 40 человек, часть из них в сфере обслуживания, а часть – можете верить, можете не верить, – животноводством заняты!

Окрестные пастбища благодаря засолению в приливы дают неповторимый вкус мясу местных баранчиков.А мы вперед и вверх, и вот уже у входа в аббатство. Взяли аудиогид, который и провел нас по всем этажам и залам – вот церковь, вот трапезная, а вот рыцарский зал. Здорово, что мы все это увидели! Аббатство пережило войну, революцию – здесь была тюрьма – и уже давно стало одним из самых посещаемых мест во Франции. Меня больше всего потрясло ,как они все это сделали! Без компьютеров, логарифмических линеек и сопромата! Это чудо инженерной мысли – надеть аббатство на шпиль скалы!

А утром мы покинули Нормандию. Мы двинулись в Бретань, но об этом как-нибудь потом.

Владимир Меркулович,

фото из личного архива автора

 

Комментируйте новости на странице DiasporaNews в Facebook | Ставьте LIKE и мы будем сообщать вам о важном и интересном.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

7 новостей, которые вы могли пропустить на этой неделе