Что стоит знать об успешности эмигрантов, чтобы не портить себе настроение

Slider

На тему того, «как добиться успеха в эмиграции», написано множество статей. Люди делятся личными историями, рассказывают о профессиональных достижениях, а иногда даже хвастаются уровнем дохода. Наряду с тем, что подобные примеры могут служить источником вдохновения для тех, кто недавно приехал в страну, некоторые эмигранты чувствуют дискомфорт из-за того, что их личный путь оказался намного более тернистым, чем описанный в Интернете. Что стоит знать об успешности эмигрантов, чтобы не портить себе настроение, рассказывает Ксения КИРИЛЛОВА.

Уровень удачи

На самом деле не стоит комплексовать из-за собственной «неуспешности». Дело в том, что не существует единых критериев, определяющих уровень «удачности» эмиграции. По-настоящему успешной эмиграционную историю можно назвать в том случае, если человек приобрел в другой стране то, чего ему больше всего не хватало в прежней.

Важно помнить, что каждый человек ищет в эмиграции разного, а внешний успех далеко не всегда является показателем счастья. Человек счастлив тогда, когда находит в новой стране то, что ему действительно важно было обрести.

Попробуем перечислить некоторые вещи, помимо материальных благ и карьерного роста, которые значимы для эмигрантов за границей. Если что-то из этого – именно то, что вы ищете, и вы смогли обрести это за рубежом, совершенно не важно, работаете ли вы по специальности и как много зарабатываете в год.

  • Чувство безопасности

Многие мои знакомые эмигранты в первую очередь отмечали, как важно им было расслабиться и перестать бояться завтрашнего дня, насколько долгожданным для них был покой и обретение уверенности. Притом это касается не только политических диссидентов, но и предпринимателей, которым приходилось лавировать между коррумпированной полицией и не менее коррумпированными ФСБ, чиновниками и бандитами.

Схожие проблемы чувствовали молодые люди, не уверенные, что они найдут себя в условиях затяжного экономического кризиса и изоляции от внешнего мира, а также все те, кто не чувствовал, что сможет себя защитить в случае, «если что-то случится». Само ощущение, что ты живешь в стране, в которой работают законы, и с человеком не может случиться беды просто потому, что его угораздило оказаться в ненужное время в ненужном месте, может оказаться для многих тем главным мотивом, ради которого стоит терпеть все лишения эмиграции.

Однако мне встречались и противоположные случаи – когда человек терял внутренний покой и ощущение безопасности именно в эмиграции. Они довольно редки в сравнении с обратными и чаще всего связаны с проблемами с иммиграционным статусом.

Например, тем, кто подавал заявки на получение политического убежища до 2018 года, приходилось ждать рассмотрения их дела по три-пять лет, а иногда и больше. Многие ждут решения своей судьбы до сих пор. При этом беженцы понимают, что в ближайшее время не смогут вернуться домой и в то же время не уверены, что им позволят остаться в США. Конечно, жизнь таких людей на родине тоже, мягко говоря, нельзя было назвать комфортной, однако и эмиграция не всегда способна принести в таком случае долгожданное облегчение. У некоторых же путь к беженству и вовсе лежал через иммиграционную тюрьму.

  • Одной ногой тут, другой – там

Процесс получения грин-карты через работу тоже занимает довольно долгое время. Неопределенность статуса в условиях политических катаклизмов и социальной нестабильности – не самый лучший способ обрести чувство безопасности. Словом, каждая ситуация уникальна, и даже в одной и той же стране можно найти совершенно разные эмигрантские истории.

  • Возможность самовыражаться и заниматься любимым делом.

Среди моих знакомых она, пожалуй, занимает второе место после безопасности. Это касается не только свободы слова и отсутствия цензуры (хотя и этого в первую очередь), но и, к примеру, для ученых – возможность заниматься наукой, профессионально расти и развиваться в отраслях, которые на постсоветском пространстве находятся в кризисном состоянии.

Для некоторых категорий людей (например, представителей ЛГБТ-сообщества, трансгендеров и т. д.) эмиграция – это единственный способ быть собой и открыто находиться рядом с любимым человеком. Кстати, любовь – это тоже один из распространенных мотивов эмиграции, и я знаю достаточно счастливых примеров браков эмигрантов из бывшего СССР с американцами.

О свободе и погоде

Свобода. Этот мотив больше свойственен для диссидентов, но на самом деле обретение свободы важно для очень многих категорий людей, ведь оно включает в себя не только свободу слова или политические свободы, но и возможность быть собой, любить тех, кого вы хотите, открыто исповедовать свою религию.

Многие мои знакомые, живущие в Калифорнии, уверяют, что уже не смогли бы жить в других климатических условиях и совсем не скучают по снегу и смене сезонов.

Самоидентификация – тоже важный для многих момент. Обретение новой версии себя для некоторых людей становится пусть не легким, но крайне значимым процессом. Часто этот процесс происходит постепенно и незаметно, но иногда ему предшествует период депрессии, ностальгии и разочарования. Оказавшись в чужой стране без друзей, поддержки, без малейшей опоры и без фундамента как такового, эмигрант оказывается очень уязвим психологически. К тому же эмиграция – это всегда стресс, и в ситуации стресса защитные реакции теряются, а адаптационные механизмы резко снижаются. Мнение каждого, даже абсолютно незнакомого человека в начале эмиграции еще очень значимо, потому что все люди воспринимаются как представители своей страны. Соответственно, неадекватная реакция от отдельных людей воспринимается как враждебность со стороны страны в целом.

В результате довольно небольшого перечня неудач хватает, чтобы человек почувствовал себя «чужим», ненужным, заброшенным и даже обманутым. Тоска по прошлому соединяется в такие минуты с тоской по почве под ногами и «дому, в котором и стены помогают», что лишь усиливает ностальгию. И чем больше у человека было иллюзий перед эмиграцией, тем сильнее оказывается этот стресс. Иногда моменту изменения самоидентификации предшествует внутренний кризис и ощущение, что вы никогда уже не будете прежним. Однако это совсем не значит, что вы уже не сможете радоваться. Это значит лишь, что вы научитесь радоваться по-новому.

Остаться человеком

Зачастую именно из боли от предательств, из нашей стойкости под натиском боли, из наших усилий остаться человеком, а не превратиться в озлобленное чудовище – и рождается внутренний стержень. Переплавленные и переосмысленные, страдания вместо разочарования в какой-то момент пробуждают и мудрость, и силу, а значит, и смелость на то, чтобы снова открыться для жизни.

Некоторые мои знакомые отмечают, что именно тот момент, когда после кризиса они почувствовали в себе способность открыться новым радостям всей глубиной и силой своей обновленной природы, ее новым достоинством и новым чувством стойкости и стал для них самым важным достоянием эмиграции. В самом деле мудрость, опыт, стойкость и самоуважение – не такая уж безделица, и, хоть за них порой дорого приходится платить, они того стоят.

Словом, эмиграционный путь каждого человека глубоко индивидуален, и его не стоит оценивать по каким-то общим формальным лекалам. К тому же для некоторых людей первой потребностью может являться вовсе не внешняя успешность, а восстановление психологически необходимых опор: коллектива, друзей, появление «ближнего круга», восстановление зоны комфорта, из которой потом очень тяжело бывает выходить снова.

Такой период может быть временным, и в это время, возможно, не стоит слишком давить на человека, заставляя его стремиться к чему-то большему. Однако важно оказаться рядом в тот момент, когда человек становится реально готов к тому, чтобы изменить свою жизнь.